|
Папаша, вы беременны...
|
Все началось с того, что, проснувшись как-то утром, я почувствовала страшное отвращение к запаху омлета, слабо доносившемуся из соседней квартиры. Промучившись минут десять и тщетно борясь с усиливающейся тошнотой, я разбудила мужа и пожаловалась ему. "Ну вот, - улыбаясь сказал едва проснувшийся супруг. - Значит, ты действительно беременна. А еще сомневалась..." И тут же с облегчением заснул
В тот же вечер мы отправились в ресторан - отметить мое новое положение. Меню составили из расчета: самая здоровая пища и никакого алкоголя-кофеина. Тем не менее в ту же ночь мне стало нехорошо. Очень нехорошо. И пока я, согнутая в три погибели и проклинающая участь беременных женщин всех времен, старалась держаться как можно ближе к ванной комнате, муж стоял рядом со стаканом воды и внимательно прислушивался к себе. Неожиданно он изрек: "Знаешь, это не из-за беременности. Наверное, мы оба сегодня что-то не то съели. Мне тоже не по себе. Дай-ка я пройду в ванную".
Солнце, поднявшееся следующим утром, осветило такую картину: двое лежали на кровати и тихо постанывали. Иногда слабыми голосами просили передать им стакан воды или поправить подушку. А так как помощи ждать было неоткуда, справлялись сами. Подошло время обеда. "Как ты думаешь, если я проглочу чуть-чуть супа, мне хуже не станет?" - шелестящим шепотом поинтересовался мой благоверный. "Попробуй", - неуверенно ответила я, чувствуя, как при одной мысли о супе все во мне переворачивается. Он попробовал. "Знаешь, это то, что надо!" - донесся с кухни через какое-то время бодрый голос. "Подогреть на твою долю?" Я отрицательно замотала всеми частями тела, стараясь не чувствовать гастрономических ароматов. Это, однако, мне не удалось, так как, вдохновленный первым опытом, супруг начал... жарить сосиски! Знаете ли вы, что такое запах жарящихся копченых сосисок в первые недели беременности? Это повод к человекоубийству! И если бы не моя слабость...
Подкрепившийся и довольный жизнью муж аккуратно составил тарелки в раковину, выудил из холодильника яблоко и, с хрустом разгрызая его, с сожалением сказал: "Зря ты не хочешь поесть. Тебе бы сразу стало лучше - посмотри на меня". Вскоре, однако, насмотревшись на мои пробежки до ванной и обратно, он снова вспомнил про свое недомогание. Или, в его интерпретации, "недомогание снова дало себя знать". Так что к вечеру уже мне приходилось приносить ему, распластанному на кровати, крепкий чай и горячий ужин, приготовленный ценой нечеловеческих усилий.
В поликлинику шли вместе. Я - к гинекологу, муж - к терапевту. Дома обменялись новостями. Мне врач сообщил, что беременность уже шесть недель, и посоветовал от раннего токсикоза, едва проснувшись, съедать пару сухариков с чаем. "Доктор, - испуганно спросила я, - а долго мне будет так плохо?" "Ну у всех бывает по-разному, - бодро ответил эскулап. - Кто-то все девять месяцев мучается, а кто-то так и не знает, что такое токсикоз. Поживем - увидим". "И что же... никакого лекарства?" "Ну какое лекарство!.. Больше жидкости. Начинайте принимать поливитамины. Как я говорил, сухарик натощак. Пусть вам муж прямо в постель приносит. И, кстати, секс. Некоторым очень даже помогает. По крайней мере отвлечетесь от своих неприятных ощущений". Какой секс, мрачно размышляла я по дороге домой, когда так тошнит, что хочется умереть. Я же полутруп!..
У мужа ничего не обнаружилось, но, так как он настаивал на отравлении и расстройстве желудка, врач порекомендовал ему диету и покой. "Знаешь, - осторожно добавил супруг в конце своего рассказа, - я уточнил у него про физическую близость, а он мне ответил, что если слабость, то какая уж там близость. Так что, наверное, придется пока воздержаться". Я благодарно взглянула на него и зарылась под одеяло с единственной мыслью: скорее заснуть, пока меня не замутило!
Дальше все положенные месяцы мы шли голова в голову, нога в ногу. Наши симптомы практически полностью совпадали. Как только у меня закончился ранний токсикоз, значительно полегчало и моему благоверному. Стоило мне пожаловаться на начавшиеся боли в спине, как супруг обнаружил и у себя подобный недуг. Нас обоих мучили слабость, головокружения, смена вкуса, резкие перепады настроения. Мы вместе пытались справляться с отеками на ногах - характерно для второго и третьего триместра - и вдвоем тоннами поедали соленые огурцы. На все эти странные параллели я смотрела сквозь пальцы: он у меня такой мнительный и впечатлительный, типичный ипохондрик, да и потом бывают же совпадения... Но только до тех пор, пока муж не начал... прибавлять в весе! Вот тут-то я действительно запаниковала. И бросилась за советами и объяснениями к специалистам.
|
|
|
|
|
"Вы знаете, - осторожно и неуверенно рассказывала я им, - мой муж ведет себя несколько странно. То есть это даже не совсем то слово. Понимаете, я беременна. Но и он как будто тоже..." На этом я останавливалась и растерянно смотрела на врачей, больше всего опасаясь прочесть в их глазах сомнение в моей вменяемости. Но ничего такого не случилось. Больше того, никто особенно и не удивился. Оказывается, наш случай вовсе не из ряда вон выходящий. Подобное поведение мужей является весьма распространенной реакцией на беременность жены.
Этот сложный период все мужья переносят по-разному. Так или иначе они пытаются справиться с ситуацией, которая им, по сути, неподвластна. А это тяжело. Поэтому кто-то превращается в ворчливую няньку, постоянно напоминая, чего нельзя есть, пить, делать. Кто-то теряет сон и аппетит в неизбежных волнениях: а как все это пройдет, а каким он будет, а во что превратится наша жизнь. Кто-то неожиданно отдаляется от семьи, стараясь изо всех сил ничего касающегося беременности жены не видеть, не слышать и не знать. А кто-то, как мой драгоценный супруг, сам превращается в беременного (или все-таки беременную?). То есть ощущает в своем организме все те же изменения, которые происходят в организме жены. Врачи эту странную реакцию будущих отцов окрестили синдромом кувады (от французского couvade - высиживание яиц). Вообще-то, кувада - это обрядовая симуляция отцом родов - при рождении ребенка. Подобное существовало у многих народов. Даже у нас в древности к последним срокам беременности жены муж принимался стонать, мучиться, имитировать схватки. Все, естественно, начинали ему сочувствовать. А после родов несчастная женщина должна была тут же освободить постель, на которой она только что произвела на свет дитя, и уступить ее супругу, который с увлечением продолжал послеродовые муки. Делалось это якобы для того, чтобы злые духи перепутали мужа с женой и не сумели как-нибудь навредить ребенку.
На самом-то деле, думаю, во все времена подоплека была одна и та же: мужья чувствовали себя неуверенно - забытыми, ненужными, чего-то несправедливо лишенными. С их женами происходило что-то, к чему они оказывались, как ни странно, малопричастны - это они-то, творцы и создатели существа, готовящегося вот-вот появиться на свет! У жен менялись характеры, они прибавляли в весе, им давалась масса поблажек. (Беременным даже разрешалось не соблюдать пост!) Жены начинали прислушиваться к себе и загадочно улыбаться. Жены знали и чувствовали что-то, о чем мужья не имели ни малейшего понятия. Разве ж это справедливо? И мужья находили выход. Отныне ребенка ждали оба - что, в общем-то, правильно.
Моя беременность продолжает развиваться. У мужа, похоже, все обстоит так же. На днях он купил средство от изжоги, объяснив, что нам обоим это очень пригодится. Скоро мы подойдем к логическому завершению этих странных, тревожных, радостных девяти месяцев. Интересно, что же будет делать мой бедный супруг в решающий день?
Автор: Трутнева Юлия . журнал "Няня", 2000 год № 11
|
|
